Борисоглебск Online

Что нам нужно от власти? От нашей, местной, Борисоглебской  администрации  что нам надо? Чего мы ими вечно недовольны? Чего мы вечно в них плюёмся, язвим, дразнимся? Тот мэр - "плохой", энтот  глава - "еще хуже", "баба пришла - лучше б дома сидела",  тот - "вроде  неплохой, но - слабохарактерный",  этот - "молодой - зеленый и без опыта".  И, как закономерный  итог:  за последнее десятилетие  в нашем городе  сменилось  несколько  бургомистров.  Причем:  менялись-то не хорошо, со скандалами, подковерными баталиями и бесконечными сплетнями. А мы - население то есть, дружно свистели  им во след ("скатертью дорога, попутного ветра в кабинетную спину!"). Почему мы их так не любили? 

Говорят, Лебедева не любили за то, что "приспособленец".  Мол -  и при "красных" на руководящих  постах  сидел, и при  "белых" не затерялся.  Ставят ему  в укор и местную приватизацию, а заодно - все грехи лихих 90-х, относительно  социальной сферы ("городские предприятия - продали в частные руки, детские сады позакрывали, больницы порушили"). Как будто, Валерий Саныч  мог одним лишь своим волевым решением  остановить  общефедеральную  политику  Ельцина-Чубайса-Гайдара, и сохранить  сладкий  островок социализма в отдельно взятом Борисоглебске :  с  прежним государственным финансированием, хлебом по 22 копейки и бесплатными квартирами для очередников.  Лично  я ( повторяю - лично, субъективно  я) считаю, что Лебедев сделал, по меньшей мере, два великих дела: придумал День Города и начал восстанавливать храм Бориса и Глеба.  И мы - вот  уже  14 лет -  празднуем и молимся.

Данилова не любили за то, что он - "чиновник, до мозга костей".  "Бездушная формулярская   машина",   "человек - документ",  одним словом - "черный  квадрат Малевича".  Говорили, что его бесполезно  о  чем-либо  просить, и, что, тем более уж бесполезно взывать  к его состраданию. Говорили, что он не приемлет компромиссов.   На Ивана  Николаевича обижались все: коммунисты и предприниматели с рынка,  священнослужители и спортсмены.  Когда его "скидывали", в городе творилась настоящая истерия.  А между тем, по меткому выражению Борисоглебского  публициста Альберта Сорокина : "самая свободная оппозиция  была - при вредном Данилове".  И я с этим согласен.  А еще он почти завершил газификацию нашего  округа ( да-да, и не надо смеяться!),  был невероятно работоспособным (говорят, в будние дни  уходил из здания администрации чуть ли не последним) и даже попробовал поднять спортивную  городскую инфраструктуру.  И пускай все закончилось лишь котлованом, на месте так и не построенного спорткомплекса - главное, попытка была!

Надежда Васильевна Качанова...  О, сколько же выпало критики на долю этой  слабой и красивой женщины.  "Интриганка",  "актриса", "неудавшаяся Екатерина",  "зиц-председатель" -  и так далее, и тому подобное.  Причем, особо усердствовали  в  этом  те, кто, как раз и поднимал ее  "на штыках"  во власть, с криками "Ура!" и "Браво!".   Лично я, в то недалекое время, написал о Качановой немало хвалебных статей и репортажей, и - ни единого слова не собираюсь брать назад.  Мне она  действительно  нравилась.  И пускай экономического чуда наш округ  так и не увидел, зато Дума при Качановой была "местом для дискуссий".  А еще она была смелой - выходила  на митинги, организованные  против ее персоны, и каждый плевок в свою сторону утирала с достоинством. А еще она знала наизусть много стихов, а я, тоже, очень люблю поэзию...

Евгений Иванович Пастушков.  Человек с абсолютно седой головой и огромным усердием  к  доверенному  делу. Просто  приведу один пример, очень, как мне кажется, показательный. Однажды осенью (примерно, недели за две до неожиданной  отставки Е.И.) мне позвонила руководитель пресс-службы администрации  БГО  Елена Смелова и спросила: не хочу ли я снять сюжет  о строящемся водозаборе "Ростань".  Я ответил, что хочу. Мы начали обговаривать время и дату съемок ("завтра, а может - послезавтра"), но меня смущало лишь одно: для того, чтобы снять этот сюжет, нужно  было ехать за несколько километров в сторону  Третьяков, а у нас на студии наблюдались проблемы с транспортом. Смелова пообещала  помочь с авто и, действительно, вскоре перезвонила:

- Слушай, сегодня туда Евгений Иванович едет с проверкой, может и вас захватить с собой.  Только...

- Что - "только"?

- Только, он сам от этой идеи не в восторге. Говорит  - там очень грязно, мол "журналисты по колено  увязнут", а у вас еще видеоаппаратура...

- Да, пофиг!  Мы поедем.

И  мы поехали. И там было, действительно, очень грязно. По колено.  Но...Пастушков, быстро выдав нам дежурное интервью, казалось, этого не замечал. Забыв про нас, он, в своих лакированных штиблетах полез через все поле, напрямик, к  бригаде сварщиков. Было очень сыро, грязно, холодно... Мы выбивали  дроби зубами, с тоской оглядывали заляпанные  черноземом  джинсы и ждали, когда глава увезет нас  -   в теплой машине, обратно, на студию. А глава, тряся своей учительской сединой,  лазил вдоль этих огромных  труб и проверял какие-то там  "сварные швы".  Его лакированные штиблеты были не чище наших,  седая голова блестела  - от мелкого, противного дождя, а он... все лазил и проверял швы. Не сидел в теплом кресле, не отдавал приказы по телефону.  Он, по колено в грязи,  сам, лично, проверял эти чертовы швы!  Он не красовался перед телекамерами (к тому времени мы уже давно "свернули" аппаратуру), он не позировал.  Он проверял швы.

 Его оппоненты говорили, что Пастушков "слабохарактерный",  и, что  настоящий глава "таким быть не должен". Не знаю... Зато я точно знаю, что тогда, в тот дождливый день, в местечке под названием  "Ростань", я видел настоящего хозяйственника: ответственного,  работящего, во все вникающего...

Сейчас у нас новый, молодой глава. Он -  только  начал, но его уже успели несколько раз  щедро "облить"  - по старинной, Борисоглебской традиции, чтоб "не расслаблялся".  И - "молодой", и - "неопытный", и - "стажа у него не хватает", и - "дружбу водит с представителями бизнеса".   И центральная  площадь, которою ( в коем- то веке!) вымостили тротуарной плиткой, кого-то  не радует : "нашли, на что деньги тратить!".  И новые киоски  "Русский Аппетит" у кого-то восхищения не вызвали ( "что у нас - своего фастфуда мало?"). Не радуют детские площадки, огорчают новые тротуары во дворах многоквартирных домов,  бесят разговоры про новые инвестиционные проекты... У нас, что - патологическое неприятие любой местной власти?  Кто нам нужен?   Чего мы от них хотим, в конце-то концов?

Этим летом мне довелось быть в Екатеринбурге. Чудный городок, красивый, необычный.  Местный  гид, во время поездки по городу, не без гордости нам рассказывал:  еще с советских времен там у них сложился особый, противоречивый менталитет, который сохранился до сих пор. Например, Екатеринбург - чуть ли не единственный город в России, где до сих пор любят и уважают Ельцина. Нам показали памятник Борису Николаевичу и университет его имени.  А еще нам рассказали, что когда вся страна голосовала за Путина, екатеринбуржцы голосовали против.  И, наоборот - когда стало модным носить белые ленты,  улицы Екатеринбурга  украсили  многочисленные  граффити  в поддержку ВПП.  Противоречивый менталитет, что тут скажешь...

Может  и  у нас, тоже - свой, Борисоглебский , противоречивый?  Но - нет, тут же можно услышать горько-пафосное, "наболевшее": "Просто Борисоглебску патологически не везет  на  власть". И - не отбавить, не прибавить.   Мы-то, все – хорошие, это они – там все «кривые и косые».  А мы – просто невезучие на власть.

"Остров невезения  в океане есть, там живут несчастные люди -дикари"...

                                                                              Н. Бурцев